Очень хорошая статья об ижевском зоопарке, читаем:

С детства родители учили меня отвечать за свои поступки. В том числе за такое простое детское желание, как завести животное. Захотел завести собаку - сам её корми, учи, выгуливай, лечи, когда она заболеет. И не перекладывай ответственность на других. Судя по всему, президента нашей республики учили как-то иначе. Простите, но мне непонятно, как в непростых экономических условиях можно выложить несколько сот тысяч в год за опеку над содержащимся в государственном зоопарке животным. У зоопарка есть свой бюджет, есть средства, так почему кто-то должен отдавать средства из прибыли своего предприятия. Может быть, некоторым товарищам поднимает самооценку расположение собственной фотографии рядом с клеткой животного с надписью «наши меценаты»? Или это такая индульгенция - не людям, так хоть животным помогаю. В нашей республике столько социальных проблем, что впору, наверное, уже брать опеку не над животными, а над людьми. Почему бы в таком случае руководству Удмуртии не последовать примеру руководства зоопарка и не начать предлагать опекунство над гражданами местным олигархам. Например, суточное содержание обычного среднестатистического пенсионера обойдется в десятки раз меньше, чем содержание зебры. А студент по стоимости будет совсем как несколько ежиков или белок. Это, конечно, только фантазии. Ведь в нашем крае уже давно все поняли, что к людям отношение здесь со стороны руководства менее трепетное, чем, скажем, к новому обезьяннику.

http://www.dayudm.ru/article/47041/

Группа офицеров милиции из Центра по противодействию экстремизму криминальной милиции МВД по Удмуртской Республике на днях была уличена в совершении насильственных действий. Во время слушаний в Октябрьском районном суде г. Ижевска уголовного дела по обвинению трёх молодых людей из движения «антифа» в нанесении побоев своим сверстникам из националистической группировки к материалам дела была приобщена шокирующая запись.

Из записи разговора обвиняемых с потерпевшим следует, что положенные в основу уголовного дела показания появились после того, как в отношении одного из потерпевших четырьмя сотрудниками Центра по противодействию экстремизма были совершены насильственные действия сексуального характера. Эти признания были записаны 3 марта на мобильный телефон Марка Колбина, молодого парня, которому сотрудники милиции «шьют» дело по обвинению его в избиении и нанесении телесных повреждений. По утверждению Марка, это дело не имеет никакого отношения к тому, что было в действительности, и полностью сфабриковано сотрудниками МВД по УР.

«Мне позвонил один из «потерпевших» - Агафонов Андрей и предложил встретиться, – рассказывает Марк. - Сначала я подумал, что это какой-то подвох со стороны милиции, поэтому на всякий случай решил записать наш разговор на телефон». «Я спросил Агафонова, почему бы ему не рассказать на суде правду? Но он сказал, что боится, что с ним сделают то, что сделали с В. (Прим. – имя этого потерпевшего по этическим соображениям не публикуется)». «Мы спросили, что же сделали с В., - говорит Марк Колбин. - Ответ нас шокировал. По словам Агафонова, сотрудники милиции засунули В. дубинку в ж…». При этом на записи перечисляются фамилии участвовавших в этих насильственных действиях сотрудников МВД Удмуртии: Константин Поочередников, Артём Ахметзянов, Михаил Шутов и «какой-то стажёр» Рустам.

«Двое держали его (Прим. – В.), один ему дубинку в ж… засовывал, а четвёртый это всё на видео снимал», – передаёт слова с приобщенной к материалам уголовного дела записи Марк Колбин. По его словам, это произошло ещё осенью прошлого года.

После того как запись была судом приобщена к материалам дела, удмуртские «борцы с экстремизмом», похоже, занервничали. «Четвертого марта перед заседанием суда подъехал сотрудник милиции Ахметзянов и подошёл к потерпевшему Агафонову, отвёл его в сторонку, – рассказывает Марк Колбин. - Они о чём-то беседовали, после чего Агафонов подошёл к нам, его всего трясло». «Мне только что Ахметзянов сказал, что если поменяю свои показания, то они с Константином Андреевичем (Прим. - Поочередниковым) меня закопают, – передаёт слова потерпевшего Марк Колбин. - Прямо так и сказал, у нас запись имеется. Я опять, когда Агафонов к нам подходил, включил запись на мобильном телефоне». По словам Марка, эта запись также была прослушана в зале Октябрьского районного суда.

«Сотрудник милиции Ахметзянов прямо перед судом взял потерпевшего Агафонова за шкварник. Мы это всё снимали на видео, – рассказывает Марк Колбин. - Агафонов ему говорит, что я с вами никуда не пойду. Мы ему кричим: Андрей, не бойся, не садись к нему в машину, но Ахметзянов просто куртку у него унёс, и ему некуда было деваться. Тот его затолкал в машину. Их не было минут двадцать». Потом, по словам Марка Колбина, потерпевший появился с характерными признаками на лице. «Ухо красное, губы разбиты, он весь суд лицо шарфом прикрывал», – описывает вернувшегося обвиняемый.

Начальник Центра по противодействию экстремизму криминальной милиции МВД по Удмуртской Республике полковник милиции Алексей Козлов подтвердил корреспонденту «Д» наличие в его штате сотрудников Ахметзянова, Поочередникова и Шутова. По его словам, все они находятся у него на «хорошем счету». Как утверждает полковник милиции Козлов, ему ничего не известно о применении его подчиненными неправовых методов в их работе. «Мои сотрудники используют только законные методы», - заявил в телефонном разговоре, состоявшемся утром 10 марта, Алексей Олегович. Оказалось, что начальник управления ничего не знает и о содержании записи, приобщенной 4 марта к материалам дела в Октябрьском районном суде г. Ижевска. «И сотрудники управления Вам ничего не докладывали?» – удивился корреспондент «Д». «Нет», – уверенно заявил полковник милиции Алексей Козлов.

Кстати, на этой неделе вышеупомянутые сотрудники Центра по противодействию экстремизму снова отличились во время флеш-моба, организованного 8 марта ижевской молодёжью у памятника Пушкину возле Удмуртского госуниверситета. «Шутов с воплями «Я тебе щас фотоаппарат засуну в ж…!» бросался на девушку с фотоаппаратом», - описывают поведение этого сотрудника милиции на сайте ИА «ИКД». Судя по всему, у данного «борца с экстремизмом» явно какой-то пунктик по части анальной темы.

В случае подтверждения фактов, прозвучавших в записи разговора обвиняемых с потерпевшим, размышлять в том же ключе сотрудникам милиции придётся совсем в других условиях. Уголовный кодекс РФ содержит нормы, трактующие описанные факты как признаки преступлений, предусмотренные ст.ст. 117 (истязание) и 302 (принуждение к даче показаний). В первом случае причинение физических или психических страданий путем систематического нанесения побоев либо иными насильственными действиями с применением пытки наказывается лишением свободы на срок от трех до семи лет. Во втором - принуждение подозреваемого, обвиняемого, потерпевшего, свидетеля к даче показаний (…) путем применения угроз, шантажа или иных незаконных действий со стороны следователя или лица, производящего дознание, соединенное с применением насилия, издевательств или пытки, - наказывается лишением свободы на срок от двух до восьми лет.

Источник: Газета “День”

Der Internationale Frauentag wird in Russland nicht immer mit Blumensträußen begangen: Die Polizei in Ischewsk jagte, mit Maschinengewähren bewaffnet, Frauen.

Am 8. März 2010 haben sich 15 Feministen (Männer und Frauen) in der Stadtmitte von Ischewsk (Russland) versammelt, um den Internationalen Frauentag mit einem Flash-Mob zu begehen. An diesem Tag wollten die jungen AktivistInnen den Passanten Blumen schenken, um sie auf das Problem des Sexismus im Alltag sowie im Berufsleben aufmerksam zu machen.

Die Frauen haben sich den Mund zugeklebt, um das Unvermögen vieler Frauen, an entscheidenden gesellschaftlichen Debatten aktiv teilzunehmen, zu symbolisieren und auf die
die Nichtbeachtung der Meinungen und Standpunkte von Frauen im Alltagsleben aufmerksam zu machen. Einige Frauen haben Barcodes getragen, um darauf hinzuweisen, dass den Frauen bestimmte Rollen – von einer Hausfrau bis zu einem schönen Objekt – zugeschrieben werden, aber ihre Selbstverwirklichung oft durch die Gesellschaft verhindert wird.

Weit kamen die Frauen mit ihrem Flash-mob nicht. Plötzlich kamen auf sie vier Männer zu, einer von ihnen mit einem Maschinengewähr bewaffnet, einer – in Uniform, zwei in zivil und mit Kameras ausgestattet. Letztere konnten als Beamte des „Zentrums gegen Extremismus“ Michail Schutow und Artjom Achmetsjanow identifiziert werden. Ohne Vorwarnung fingen sie an, die AktivistInnen festzunehmen und in das in der Nähe geparkte Auto zu schleppen.

Die meisten AktivistInnen waren der Auffassung, dass die Festnahme illegal war und versuchten wegzulaufen. Folgende Szenen konnte nun in der Stadtmitte beobachtet werden: Schutow stürzte sich auf eine Frau mit einer Fotokamera und schrie dabei „Ich stecke dir deine Kamera in den Arsch!“, ein unbekannter Polizist mit Maschinengewähr jagte junge AktivistInnnen und versuchte sie, vergeblich zu fangen. Die Polizisten packten die AktivistInnen an ihrer Kleidung und versuchten sie, ins Auto zu zerren, aber die AktivistInnen wehrten sich erfolgreich.

Am Schluss wurden drei Leute festgenommen und aufs Revier gebracht. Die anderen fuhren mit dem Bus aufs Revier und forderten ihre Freilassung. Nachdem alle drei freigelassen worden waren, gingen sie zur Staatsanwaltschaft, um Anzeige gegen die illegale Festnahme zu ergeben.

On the March 8, 2010 about 15 feminists (men and women) have come to Izhevsk city center to celebrate the International Women’s Day with a flash mob. On this day they were planning to give flowers to all passers by—to both men and women. Young people were going to attract attention to the problem of sexism that exists at both economic level and in the language.

Some of the girls taped their mouths symbolizing women’s oppression and inability to actively participate in deciding on social issues, as well as the neglect of women’s opinions in the everyday life. Other girls put on bar-codes implying that the society treats women as objects and doesn’t allow women’s self realization as personalities.

Suddenly 4 men approached the protesters. One of them was wearing a police uniform, one with a machine gun, two others dressed as civilians, carrying a photo camera. The latter two were recognized as the agents of the Anti-Extremism Center Artyom Akhmetzianov and Mikhail Shoutov*. Without saying a word they started grabbing people and pulling them to the car parked nearby. They didn’t explain the reason for detaining the girls and didn’t introduce themselves. One of them just waved his ID, without letting anyone read what was in it.

Most people considered the detention illegal and tried to walk away. As a result, a wild bacchanalia could be witnessed: Shoutov yelling “I’m gonna shovel that camera up your ass!” was rushing at a girl with a camera, the well-fed anonymous fellow with the submachine gun was chasing young people who ran, fell, got up and managed to escape at gun point. Policemen were grabbing girls by their clothes and ripped a jacket off one of them, the half-naked girl was trying to escape while other screamed refusing to be thrown in the car.

At the end of the day 3 people were detained and were sitting in the car. The rest, according to 10 cops that surrounded them, were “stopped” and couldn’t go away refusing to get into police cars and strongly holding on to each other. After some time 2 women and 1 men were taken to the police station, and the rest of the protesters, under pressure from the journalists, were let free. They afterwards went to the police station and demanded the three comrades to be released. The illegal detention was immediately reported to the public prosecutor’s office and the head of the police department.

But everyone reading this might wonder—why does the Ministry of Internal Affairs let its staff to break the law of our country and arrest people on the streets with no reason? We demand the investigation of this case and bringing to answer the four agents (including Mikhail Shoutov and Artyom Akhmetzianov) who illegally detained the youth on March 8.

*Both of them are known countrywide for their love of illegal detentions and interrogations (often with the use of threats and tortures), as well as fabricating criminal cases against antifascist activists. But local authorities continue to turn the blind eye on these violations and the stains on the reputation of the law enforcement organs.

В рамках проведенного в Ижевске флеш-моба милиционеры, вооруженные автоматами, охотились за женщинами.

8 марта 2010 г. в центре города Ижевска собралось около 15 женщин и мужчин-феминистов, собиравшихся отметить флеш-мобом Международный женский день. В этот день они хотели подарить жителям города праздничное настроение, раздавая цветы прохожим независимо от их пола. Кроме того, молодые люди собирались привлечь внимание прохожих к проблеме сексизма, которая существует как на уровне языка повседневного общения, так и на экономическом уровне.

Некоторые из девушек заклеили себе рты, что символизировало неумение или нежелание многих женщин занимать активную позицию в решении общественных вопросов, а также пренебрежение мнением женщины в повседневной жизни. Этот жест позволил им почувствовать на ощущениях собственного тела, что такое половая дискриминация, говорить о которой считается чуть ли не дурным тоном. Другие девушки надели на себя изображение штрих-кода, имея в виду, что общество приписывает женщинам вполне определенные роли – домохозяйки, жены, красивой вещи, но при этом нередко мешает им в реализации себя как личности.

Однако далеко уйти женщинам не удалось. Неожиданно к ним подошли четыре человека, один из них в форме, один – с автоматом, и еще двое в штатском и с фотоаппаратом. Последние два были опознаны как сотрудники центра по борьбе с экстремизмом Артем Ахметзянов и Михаил Шутов*. Не произнося ни слова, они начали хватать людей и тащить их в сторону серебристого автомобиля, припаркованного неподалеку. Они не объяснили, почему задерживают девушек, и не представлялись, лишь один из них махнул коркой, не дав прочитать, что написано внутри.

Большинство людей посчитали это задержание незаконным и попытались просто уйти. В результате в центре Ижевска прохожие наблюдали дикую вакханалию: Шутов с воплями «Я тебе щас фотоаппарат засуну в жопу!» бросался на девушку с фотоаппаратом, откормленный аноним с автоматом носился за молодыми людьми, которые падали, поднимались и все-таки умудрялись убежать под дулом оружия. Милиционеры хватали девушек за одежду и сорвали с одной из них куртку, полураздетая девушка пыталась освободиться, другие кричали, не давая затолкнуть себя в машину с неизвестными.

В итоге трое человек оказались задержанными и сидели в машине, остальные были по словам десятка окруживших их милиционеров «остановлены» и не могли уйти, отказываясь садиться в подъехавшие бобики и крепко держась друг за друга. Через некоторое время двух девушек и одного молодого человека увезли в ОВД, а остальным ребятам под давлением приехавших журналистов было разрешено свободно передвигаться. После этого они поехали в ОВД и добились, чтобы троих задержанных отпустили. О незаконном задержании и доставлении в ОВД немедленно были написаны заявления в прокуратуру, а также заявление на имя начальника ОВД.

Однако у всех прочитавших эту статью возникает вопрос – почему руководство МВД позволяет своим сотрудникам нарушать закон нашей страны и арестовывать людей на улицах без всякой на то причины? Мы требуем расследования этого инцидента и привлечения к ответственности четверых сотрудников (в том числе Шутова Михаила и Ахметзянова Артема), совершивших незаконное задержание молодежи 8-го марта, .

* Оба они известны по всей стране любовью к незаконным задержаниям и допросам (нередко с применением угроз и пыток), а также фабрикацией уголовных дел на активистов антифашистского движения. Однако местное руководство продолжает закрывать глаза на пятна, которые образовались на репутации правоохранительных органов благодаря «деятельности» этих сотрудников.

В Сети появился 29-ый выпуск газеты “Воля”, рекомендуем для скачивания, прочтения и распространения! В номере очень качественные тексты. Темы - стратегии немецких антифашистов во время блокады нацистского марша в Дрездене, анализ политической ситуации на Украине, статья из Иркутска об общественной реакции на открытие БЦБК, дело Артема Лоскутова, бедность в Германии.

ДТП на Гагаринской площади — одна из тех историй про VIP-происшествия, когда слабее оказывается Система. Самое удивительное — она даже не отступила, она просто была не готова к безумной решимости своего противника — простых людей. Впервые, может быть, за двадцать лет на помощь простым людям пришла музыкальная культура. Рэпер Иван Noize MC Алексеев записал видеотрек «Мерседес S666», бьющий рекорды по просмотрам в Сети*. А следом со своим саркастическим роликом выступил актер Андрей Бочаров (80 тыс просмотров). Оказалось, что население может быть обществом. А сами ви-ай-пи выглядят жалко и убого.

Объективные “критерии загрязненности” – это выбросы и сбросы. Они для БЦБК огромны. Ниже - выписки из государственного доклада “О состоянии озера Байкал и мерах по его охране”: “Наибольшее негативное воздействие на окружающую среду в южной части озера оказывает ОАО “Байкальский целлюлозно-бумажный комбинат” (смотрите раздел 1.3.1). В городе Байкальске в 2006 году суммарные выбросы загрязняющих веществ в атмосферу от стационарных источников, в основном от ОАО “БЦБК” (99,88 процента), составили всего 6,145 тысяч тонн, из них твердых – 2,496 тысяч тонн и газообразных и жидких – 3,649 тысяч тонн (в том числе прочих газообразных жидких – 0,023 тысячи тонн, азота диоксида – 1,465 тысяч тонн, ангидрида сернистого (серы диоксид) – 1,787 тысяч тонн, углерода оксида – 0,137 тысяч тонн). По сравнению с 2005 годом произошло увеличение выбросов на 0,615 тысяч тонн, в основном за счет увеличения выбросов ОАО “БЦБК”, связанного с увеличением объемов производства”. По изменению донного живого населения влияние БЦБК прослеживается на 90 километров.

Кроме того, исследования показали, что в 2007 году по сравнению с 2006 годом максимальные концентрации многих загрязняющих веществ увеличились, так, содержание взвешенных веществ в воде озера Байкал выросло в 1,4 раза, фенолов в 2,5 раза, хлоридов в 1,5 раза”. В 2007 году максимальные концентрации загрязняющих веществ в воде Байкала возле БЦБК превысили фоновые значения по сере несульфатной на 47 процентов, хлориду и кремнию - на 36 процентов, сульфатам - на 20 процентов.

Читать интервью полностью

24 февраля в Ижевске у 2-го корпуса Удмуртского государственного Университета (УдГУ) состоялся очередной пикет в рамках общероссийской экологической кампании по защите заказника Утриш и озера Байкал. В пикете приняли участие более 10 человек.

Защитники природы держали в руках два транспаранта «Природа важнее прибыли олигархов!», «Нет уничтожению Утриша и Байкала!», а также два плаката «Ижевск за Утриш!», «Защитим Байкал».

Во время акции было распространено более 400 листовок, подробно рассказывающих о проблемах, угрожающих Утришу и Байкалу, студенты и преподаватели УдГУ активно интересовались происходящим, брали листовки. Также проводился сбор подписей под обращением к президенту РФ с требованием прекратить разрушение этих природных территорий. Всего было собрано более 100 подписей.

Байкал не нуждается в представлении. Казалось бы, для всех очевидно, как важно сохранить это уникальное озеро. Однако же первым экологическим событием в 2010 году стало постановление Правительства РФ, которое ликвидирует запрет на «производство целлюлозы, бумаги, картона и изделий из них без использования бессточных систем водопользования на производственные нужды». Это означает, что злополучный Байкальский целлюлозно-бумажный комбинат, закрытый в 2008 году, может снова сливать в Байкал ядовитые отходы производства. Также, согласно этому постановлению, на берегах Байкала возможно складирование и сжигание отходов всех классов опасности.

21 февраля в г. Ижевск перед зданием Ижевского цирка состоялся пикет, посвященный защите реликтового леса Утриша и озера Байкал. Несмотря на 25-градусный мороз в пикете приняли участие 20 человек, которым небезразлична судьба уникальных природных уголков нашей страны.

Участники держали в руках красочные акварельные плакаты и два баннера с надписями «Природа важнее прибыли олигархов!», «Заповедник – не место для государственных дач», «Защитим Байкал», «Нет уничтожению Утриша и Байкала!». Несколько участников пришли на пикет, окруженные облаком зеленых воздушных шариков с надписями «Спасём Байкал» и «Зелёный Ижевск». Позднее эти шарики были розданы проходящим мимо детям.

В рамках акции было распространено 400 листовок с информацией об угрозе, нависшей над Утришом и Байкалом, а также проводился сбор подписей под обращением к президенту. Из-за мороза удалось собрать всего около 100 подписей – люди торопились по домам, чтобы отогреть отмороженные участки тела, гелевые ручки отказывались писать. Однако многие останавливались, чтобы подробнее расспросить о проблемах Утриша и Байкала, особенно небезразличными оказались полдесятка детей, которые активно стали помогать участникам – раздавать листовки, держать плакаты, скандировать хором «Спасём Утриш!» и пить горячий чай с конфетами. Один водитель выбежал из машины в свитере, чтобы поставить свою подпись.

Байкал не нуждается в представлении. Казалось бы, для всех очевидно, как важно сохранить это уникальное озеро. Однако же первым экологическим событием в 2010 году стало постановление Правительства РФ, которое ликвидирует запрет на «производство целлюлозы, бумаги, картона и изделий из них без использования бессточных систем водопользования на производственные нужды». Это означает, что злополучный Байкальский целлюлозно-бумажный комбинат, закрытый в 2008 году, может снова сливать в Байкал ядовитые отходы производства. Также, согласно этому постановлению, на берегах Байкала возможно складирование и сжигание отходов всех классов опасности.

На фоне беды, нависшей над всемирно известным озером, не должна остаться незамеченной угроза застройки Утриша, можжевелово-фисташкового лесного массива на берегу Чёрного моря. Согласно распоряжению Правительства РФ от 2001 года, Утришу в срок до 2010 года должен быть присвоен статус заповедника. Но Управление делами Президента РФ, действуя через неизвестный Фонд региональных проектов «Дар», пытается построить в самом центре Утриша элитный «физкультурно-оздоровительный комплекс», а администрация Краснодарского края планирует провести там сеть автодорог. Это полностью разрушит уникальный природный комплекс и сделает бессмысленным создание заповедника. Окончательное решение может быть принято уже в феврале-марте, поэтому действовать надо очень быстро.

Мы требуем:
отменить Постановление №1 Правительства РФ от 13.01.2010, позволяющее сбрасывать стоки целлюлозно-бумажного производства в Байкал, строить новые целлюлозно-бумажные комбинаты, сжигать опасные отходы на берегах Байкала;
признать незаконными общественные слушания по Утришу 1 и 2 декабря 2009 года и создать заповедник «Утриш» в научно обоснованных границах без исключения из него территорий, арендованных фондом «Дар».

17 февраля, Преображенский межрайонный суд осудил Всеволода Остапова на 1 год условно с испытательным сроком в 1 год.

Тем не менее, 70 его товарищей из Движения против ментовского беспредела - неформалы, анархисты, даже либералы - не смирились со столь вопиющим произволом властей и провели вечером несанкционированную акцию. 10-минутная “прогулка” по Лубянской площади с перекрытием проезжей части увенчалась успехом, а вот когда демонстранты перекрывали дорогу возле метро “Сокольники”, откуда ни возьмись наехали ментовские машины и менты стали задерживать людей.

Как уже всем известно, 4 апреля 2008 года, около метро “Сокольники” менты напали на группу молодых неформалов. Несмотря на отчаянное сопротивление молодежи, ментам удалось притащить в ОВД “Сокольники” 7 человек и жестоко там избить.

Практически сразу же после этого Преображенская межрайонная прокуратура возбудила уголовное дело против одного из избитых неформалов, Севы Остапова. Якобы он брызнул в одного из ментов из газового балончика и ударил мента в пах.

Для того, чтобы возбудили уголовное дело против самих ментов, образовавшемуся после 4 апреля Движению против ментовского беспредела пришлось провести несколько громких массовых акций - легальных и не очень, как, например, знаменитое перекрытие Тверской улицы 18 апреля 2008 года. Следователи все той же Преображенской прокуратуры 4 раза закрывали антиментовское дело, но по ходатайству защиты оно вновь отправлялось на доследование. В последний раз вмешался даже глава Следственного комитета России (http://www.newsru.com/arch/russia/22jan2010/sokolniki.html).

Правда, личности виновных ментов следователи так и не установили, поскольку не потрудились вызвать сотрудников ОВД “Сокольники” на допрос.

Зато обвинение Остапову было предъявлено уже в августе 2009 года. Все обвинительное заключение прокурора, вошедшее в текст приговора почти без купюр, строится на показаниях самого “потерпевшего” мента и его коллег. Во время судебных заседаний ни прокурора, ни судью не смутило, что менты постоянно противоречили даже собственным показаниям (http://www.ikd.ru/node/12209) - все их ляпы были официально признаны “достоверными и непротиворечивыми”.

Зато показания гораздо более многочисленных свидетелей защиты судья отвергла (как явствует из текста приговора) на основании … заключения эксперта из центра “Э”. Эсперт утверждает, что молодые неформалы знакомы между собой, состоят в неформальных молодежных организациях и постоянно общаются в интернете.

Кстати, Севе и 4 свидетелям защиты вышеупомянутый эксперт приписал членство в “Автономном Действии”. Участники АД-Москва заявляют, что, к сожалению, это не соответствует действительности.

Естественно, отметать ментовские показания на основании того, что все менты-свидетели давно знакомы с “потерпевшим” и служат в одном учреждении, прокурор и судья не стали.

Они настолько доверились показаниям “правоохранителей”, что даже высказались категорически против отправления на экспертизу приобщенного к материалам дела газового балончика с надписью “Орудие пролетариата”. Сева не смог точно сказать, принадлежит ли ему данное “орудие”, к тому же, по мнению стороны защиты, необходимо было удостовериться, соответсвует ли газ из этого балончика тому веществу, которым, согласно медицинскому заключению, повредил глаза “потерпевший” мент. По предположению адвоката Севы, глаза мента были повреждены в результате незаконных попыток его коллег разогнать толпу неформалов “черемухой”.

Повреждений паха, кстати, у “потерпевшего” экспертиза не обнаружила, что не поколебало доверия прокурора и судьи.

В день приговора адвокат Севы и правозащитники говорили много правильных слово том, что милиция, прокуратура и суд представляют собой единую коррупционную систему, где одна структура покрывает беззакония другой, и о необходимости обжаловать Севин приговор.

Товарищи Севы решили выразить свое возмущение действием. Около 7 вечера они собрались на Лубянке, прошествовали по проезжей части вокруг бывшего памятника чекисту Дзержинскому, скандируя “Закрыть ОВД “Сокольники”, “Пока мы едины, мы непобедимы”, “Выше, выше, черный флаг, государство главный враг”, “Нет ментовскому беспределу и другие кричалки. Демонстранты несли банеры “Нет беспределу”, “Требуем закрыть ОВД “Сокольники”, “Сегодня Сева, а завтра?”, жгли фаеры и бросали на дорогу перед собой дымовые шашки.

Потом участники шествия поехали в Сокольники, и, скандируя “Все менты - Евсюковы”, перекрыли улицу Стромынка прямо возле входа в подземку. Но, вероятно, сокольнические менты предполагали, что приговор Севе вызовет возмущение у его товарищей, поэтому прятались по закоулкам возле метро. Им удалось задержать 15 человек, в т.ч. 3 журналистов. к 11 вечера все задержанные были оформлены по статье 20.2 (нарушение правил пикетирования) и выпущены на свободу.

Кампания против ментовского беспредела продолжается!

Видео с акции 17 февраля:

http://www.youtube.com/watch?v=GHbKcUOJci4,
http://www.youtube.com/watch?v=njqdD3RPRZs

http://avtonom.org/node/8527

Публикуем статью газеты День об уголовном преследовании антифашистов, а также о недавнем нападении на антифашиста Марка Колбина. Неадекватное использование кавычек при обозначении неонацистов и антифашистов мы позволили себе исправить.

В Октябрьском районном суде г. Ижевска продолжается суд над тремя молодыми людьми, называющими себя антифашистами. Следствие по этому делу вели сотрудники бывшей «шестерки» - отдела по борьбе с оргпреступностью (РУБОП). Ребят обвиняют в нанесении побоев своим идейным противникам – ровесникам, причисляющим себя к крайне правым движениям.

Для Ижевска данный процесс по-своему уникален. До сих пор в делах, где на скамье подсудимых оказывался кто-то из антифа или неонацистов, суды не вдавались в вопросы, к каким идеологическим течениям они относятся. В этом процессе даже прокурор настаивает на том, что подсудимые «испытывали неприязненные отношения к потерпевшим на почве идеологической ненависти».

Напомню хронику событий. По версии следствия, вечером 4 марта прошлого года у магазина «Лукоморье», сбоку от здания МВД Удмуртии, произошла драка. Будто бы трое антифашистов - Александр Мезенов, Марк Колбин и Андрей Петров, «испытывая идеологическую ненависть», напали на неонацистов. В ходе инцидента, по версии следствия, пострадавшим были нанесены множественные побои.

Например, Петров будто бы даже дважды ударил пустой пивной бутылкой по голове пострадавшего Антона П. Проверить, что стало после такой травмы с его головой, сейчас невозможно, поскольку пострадавший в настоящее время служит в армии (где-то в Хабаровском крае), а выводы судмедэксперта констатируют один синяк даже без сотрясения мозга. Кроме того, по мнению следователей, нападавшие распылили газ из баллончика, а Марк Колбин даже нанес ножевое ранение Анне П., присевшей в тот момент на корточки возле упавшего «после удара» бутылкой Антона.

В судебном заседании 11 февраля все трое подсудимых имели возможность рассказать суду свою версию этого происшествия. Так, Александр Мезенов утверждал, что вообще не был в тот день у «Лукоморья», а занимался в тренажерном зале, что подтверждено допросом свидетелей, бывших там в это время вместе с ним.

Здесь уместно сделать небольшое отступление. Как уже писал в своё время «Д», Александр Мезенов стал объектом особенно настойчивых попыток сотрудников РУБОП «увязать» его хоть с каким-нибудь уголовным делом. Как тогда утверждали оперативники, Саша то грабил «неонацистов», отняв у одного парня фотоаппарат прямо на концерте в «Авиаторе», то избивал идейных противников. В сентябре 2008 года Александр Мезенов целые сутки провел в камере при минусовой температуре. Все дела, «шившиеся» в отношении его, рассыпались, даже не дойдя до суда. В мае 2009 года его опять попытались «закрыть» уже по нынешнему делу. Соответствующее ходатайство следователя о необходимости заключить Мезенова в СИЗО содержало такие, к примеру, аргументы, как то, что Мезенов занимается спортом. Цитируем: Мезенов «ведет аморальный ночной образ жизни, основанный на идеологических соображениях», «совершил тяжкое преступление на почве идеологических соображений – изменение конституционного строя РФ», «исповедует вражду и ненависть в отношении лиц, не относящихся к движению «антифа», «занимается спортом, носит с собой нож и газовый баллончик, в связи с чем может продолжить заниматься преступной деятельностью».

Суд отказал следствию, оставив в качестве меры пресечения подписку о невыезде. В судебном постановлении, в частности, сказано: «… данных о преследуемой цели обвиняемого – изменить конституционный строй РФ – в материалах дела не имеется… факты занятия спортом не могут рассматриваться как стремление обвиняемого продолжить преступную деятельность… отрицание подозреваемым своей виновности не является основанием для избрания в отношении его заключения под стражу». Так Саша остался на свободе. Пока.

Ещё одно отступление связано с событием, произошедшим с Марком Колбиным уже в ходе нынешнего процесса, где он – один из подсудимых.

«Второго февраля я возвращался домой из магазина часов в восемь вечера, - рассказывает Марк. - Уже подходил к подъезду, искал в кармане ключ от домофона. Я не слышал и не видел, что кто-то меня нагонял, просто неожиданно почувствовал резкую боль в спине. Сзади на меня напали, дважды ударили в спину ножом, сделали подсечку. Я упал. Стремился только руками прикрыть голову и лицо. Меня пинали ногами, пытались ножом изрезать лицо, но порезы пришлись на запястье левой руки. Всё продолжалось не более 10 секунд. Один из них (Марк даже не может точно сказать, сколько было нападавших) крикнул: «Готово!», и все разбежались. Я кое-как встал и буквально ввалился в подъезд, откуда позвонил Саше Мезенову. Тот быстро подъехал и помог мне добраться до травматологии на ул. Краева. Я истекал кровью. В больнице мне сделали перевязку.

Третьего февраля сотрудники милиции приходили ко мне домой, записали, что произошло накануне. Я сходил в бюро судмедэкспертизы, где получил заключение. И во второй половине дня меня пригласил к себе в РУБОП оперативный сотрудник Ахметзянов. Он также интересовался, как всё случилось. Сказал, что «настоящий воин должен смотреть в лицо смерти», и добавил: «Зря тебя не убили – работы было бы меньше». На следующий день, 4 февраля, должен был продолжиться суд. Я пришел весь перевязанный. Почему-то ни один из пострадавших в тот день в суд не явился, не было даже Прилуковой с Волковым, которые обычно ходят. Зато был сам Ахметзянов. У меня в тот день неожиданно открылось кровотечение, бинты быстро намокли. Я попросил перенести заседание».

Марк Колбин утверждает, что ничем не спровоцированные нападения неонацистов на антифашистов в последние три-четыре года происходят постоянно. Очень часто при этом нападающая сторона пускает в ход ножи. Навскидку он назвал мне шесть эпизодов (!), в которых серьёзные ранения были получены именно ребятами-антифашистами. Один из них после эпизода на речке Карлутке оказался в реанимации. По мнению Марка, нападение на него у подъезда дома связано с тем, что он на суде назвал свое фактическое место жительства, которое ранее неонацистам не было известно.

Но вернемся в зал судебного заседания. Вот девушку и юношу, пострадавших, спрашивают в связи с заявлением Александра Мезенова, что его на месте происшествия не было, - видели ли они его там? Да, видели…

Вот Марк с Андреем рассказывают под протокол о летней встрече у «Пушки» с одним из «пострадавших», который, как они утверждают, сам рассказал им, что оперативники заставили их написать заявления по мартовскому инциденту, что их запугивали и даже били. Судья спрашивает Михаила В.: «Вас действительно били там?» И тот неожиданно подтверждает: «Да, били»… Правда, как выясняется из дальнейших расспросов, это имело место не в связи с данным делом, а по другому поводу. «Ну вот видите!» – подытожил судья.

По словам подсудимых и «пострадавших», противостоящие стороны выглядят прямо противоположным образом. Неонацисты утверждают, что их было трое-четверо, а «антифа» – человек двенадцать. Подсудимые утверждают, что их было всего двое, а ожидавшие их у выхода из магазина неонацисты выстроились в боевой порядок в два ряда. И пустые бутылки действительно летели, но в их сторону, разбиваясь о стену. Подсудимый Андрей Петров в своих показаниях рассказал о предыдущей попытке сотрудников РУБОП привлечь его к уголовной ответственности – якобы он украл у кого-то футболку.

Свидетеля обвинения привозили в процесс в наручниках – он уже был под следствием по делу о нападении на мальчика-азербайджанца. И эта схема четко прослеживается по многим делам, где участвуют неонацисты и «антифа».

Когда дела о нападении удается довести до суда (а не всегда получается даже заявление подать), то нередко подсудимые отделываются условными сроками. Так, по делу о нападении на Галю Шутову Александр Криницын уже был под условным осуждением. Но это его не остановило.

Был освобожден в зале суда из-под стражи неонацист Демин, обвинявшийся в нападении на антифашистов на речке Карлутке. Суд решил, что он только «превысил меру необходимой обороны». Зато антифашист Сергей К., едва выживший после такой «необходимой обороны», сейчас сам является обвиняемым – теперь, по версии следователей, уже он сам напал на Демина.

Осужден Криницын, осужден Кондратьев (нападение на мальчика-азербайджанца), сидят двое убийц Стаса Корепанова, «дело Флека». Дела против «неонацистов» пошли, что называется, густо. В этих условиях, по всей видимости, где-то в недрах Системы вызрело «мудрое» решение – соблюсти баланс сил. То есть пропорционально «сидящим» неонацистам осудить столько же антифашистов. Поэтому так важен исход настоящего суда.

Но еще важнее общая установка властей. Мало того что откровенная глупость и подтасовка доказательств никоим образом не добавят авторитета и уважения правоохранительной системе, так фактически эта система сама скатывается до экстремизма, искусственно провоцируя эскалацию вражды и насилия. Мы что, этого добиваемся?

Автор: Надежда ГЛАДЫШ

Текст листовки:

Сегодня последний день масленицы. Традиционно в этот день, играя и веселясь, прощаются со всем злом уходящей зимы.
Но зло теперь – это не только мороз и холод, наледи и сосули. И зима – не просто холодное время года. Давайте взглянем шире! Зима нашего времени. Бедность и безработица, коррупция и беззаконие, ложь с экранов телевизора. Зло нашего времени. Бесконечно обманывающие нас политики, чиновники, живущие на взятки, обнаглевшие менты. Их безразличие, их самодовольство, их молчаливое презрение – это зло, с
которым хотелось бы распрощаться раз и навсегда!
Нашего друга, Севу Остапова из Москвы, пытаются посадить по ложному обвинению. 4 апреля 2008 года его и нескольких его друзей, якобы за распитие пива, забрали в отделение ОВД «Сокольники». В отделении с ними не проводили воспитательную работу и не составляли протоколы – с садистской жестокостью их методично, в течение нескольких часов избивали дубинками и пытали электрошоком. После этого, угрожая, ребят выкинули на улицу. Это громкое преступление сотрудников милиции очень скоро стало известно общественности, было написано много статей в газетах, прошло много акций протеста.
Но справедливость не восторжествовала! Дело против сотрудников ОВД «Сокольники» быстро замяли, никто из ментов не наказан и даже не уволен. А вместо этого, чтобы покрыть совершенные преступления, возбудили дело против Севы Остапова – якобы в тот вечер он напал на милиционеров и пытался их побить. Теперь студенту физмата Севе грозит срок за действия, которые он никогда не совершал. 17 февраля в Москве состоится последнее заседание по его делу.
Случай с Севой – хоть и нашумевший, но далеко не единичный. Людей, попавших в лапы ментов, незаконно осужденных – множество.

Мы штурмуем снежный город – ОВД «Сокольники», веселимся и едим блины - сегодня мы символически прощаемся со злом нашего времени. Только поддерживая друг друга, проявляя солидарность и объединяясь в борьбе со злом, мы однажды сможем попрощаться с ним по-настоящему!

Промо-видео для новосибирских антифашистов, произведенное группой Бабушка После Похорон, привлекло наше внимание суровой и бескомпромиссной эстетикой, умелым обращением со стереотипами и изысканным чувством юмора. Наслаждайтесь!)

NSK ANTIFA CREW: пацаны против хуйни: http://kissmybabushka.com/?p=3133

Основные темы выпуска:
- антифашистские акции 19 января 2010 года и их уроки,
- борьба с ввозом радиоактивных отходов,
- судебные процессы над активистами общественного движения,
- культура и контркультура

Скачать!

Так, конфликт между застройщиком, фирмой «Гриндог», и ижевчанами, жителями дома №136 по улице Пушкинской, возник в начале апреля 2006 года, когда в березовый скверик перед южным фасадом жилого дома пришли строители. В тот первый день столкновения дело даже дошло до нападения прораба строителей на одного из жителей, возмутившихся действиями «пришельцев». Факт избиения в органах потом привычно «спустили на тормозах».

Дальше – больше

Получив из Управления архитектуры копии подписных листов, жители с изу-млением узнали, что, оказывается, это они сами, собственноручно, еще три года назад «проголосовали» за постройку прямо под окнами их дома 3-этажного торгового центра с офисными помещениями и подземной автостоянкой. Начали сверять подписи, высчитывать процент высказавшихся, восстанавливать в памяти события трехлетней давности. И выяснили, что, во-первых, ходившие по квартирам сборщики подписей всем говорили по-разному. Во-вторых, «шапка» в подписных листах говорила всего лишь о переводе одного из жилых помещений в нежилое. В-третьих, значительная часть подписей жителей оказалась просто подделана.

Хронология событий

На стадии строительства, когда не было ещё ни котлована, ни тем более фундамента, позиция прокуратуры в вопросе, заданном жителями, – о законности стройки – была традиционная: «всё согласовано, законно, соответствует нормам и правилам; если ответ не устраивает, обращайтесь в суд». Однако, как полагают жители, после вмешательства из Москвы, куда они направляли свои обращения, удмуртская прокуратура, наконец, «почесалась» и подала иск «в защиту прав граждан». Только почему-то не в суд общей юрисдикции, а в Арбитражный суд УР. Позже, анализируя проигрыш в арбитраже, у жителей сложилось мнение, что это был «ход конем» - с целью отбить у граждан охоту судиться.

Тем временем десять «добровольцев» из числа жителей дома пытались сами подать иск в Первомайский суд и столкнулись с беспримерной волокитой – два месяца их «мурыжили», прежде чем иск был принят к рассмотрению. Но уже другим судьей и после запланированного проигрыша прокуратуры в арбитраже, что на период всего процесса стало «камнем преткновения» - адвокаты ответчиков практически на каждом заседании требовали прекратить дело по основаниям «преюдиции» (как проигранное ранее).

Рассмотрение дела судьей Дмитрием Рябовым началось с проволочек. Несколько раз истцам было отказано в удовлетворении ходатайств о наложении ареста на продолжение строительства на основании того, что, по мнению суда, любая степень завершенности объекта не помешает объективному рассмотрению дела. Потом ждали, чем завершится апелляция и кассация арбитражного дела. Потом болел судья. Затем месяца четыре ждали экспертного заключения о подлинности подписей (Прим. - подлог подтвердился). После этого почерковедческой экспертизы потребовали ответчики (не подписались ли жена за мужа или сватья за свекра) – это еще полгода. Потом искали экспертов-строителей, чтобы доказать очевидное – что постройка вплотную примыкает к западному торцу жилого дома и что торговая площадь объекта в 4 раза превышает предусмотренную проектом. Дело пухло, пополняясь различными «объяснениями» согласующих инстанций, и доросло до пяти томов.

Причем судебные слушания ни в коей мере не мешали строителям – они работали ударными темпами. И за два года отгрохали то, что сейчас называется магазином «Сэлдом». Правда, по отношению к первоначальному проекту в здании был благоразумно убран третий этаж и исчез сквозной проезд вдоль гинекологии (на первых двух этажах дома размещаются две поликлиники – женская и стоматологическая).

К тому времени, когда 20 ноября 2008 года судья Дмитрий Рябов огласил своё решение о «частичном удовлетворении» исковых требований граждан (приведение территории в прежний вид и отмена некоторых правоустанавливающих документов), торговый центр был полностью построен. А в ожидании рассмотрения кассационных жалоб Верховным судом УР здание было принято госкомиссией.

Роль чиновников

Опыт, наработанный активистами, участвовавшими в судебном процессе по «делу Гриндога», помог им буквально по косточкам разобрать коррупционную «механику» нынешней экономики. Вот принесли в районную администрацию протокол, суммирующий данные по опросу общественного мнения. В основу его, как мы теперь знаем, легли поддельные подписные листы. Но протокол должен быть подписан лицом, уполномоченным от жителей. Есть такая графа. В ней подпись тоже подделана. Лицо, вписанное как «подписант», ни старшим по дому не являлось, ни в глаза этого документа не видело.

Главный санитарный врач Николай Забродин согласовывает уменьшение санитарных разрывов между старым жилым домом, стоящим тут с 1980 года, и большим магазином до нуля, его представители в суде аргументируют это тем, что торговая площадь «менее тысячи кв. метров». В материалах дела фигурирует вообще несколько вариантов размера площади. То больше, то поменьше. А от этих цифр зависело, в чьих полномочиях сократить разрывы. Ну, раз «меньше тысячи», то Николай Забродин дает «добро». После замеров эксперта выяснилось – 4,5 тыс. кв. метров. Не мог, получается, главный санитарный врач согласовать эти документы. Но согласовал.

В постановлении о предоставлении земельного участка черным по белому написано - «для строительства в 40 метрах к югу от стены дома». То есть, если смотреть на местности - посреди проезжей части оживленной магистрали улицы Карла Либкнехта. Эти же 40 метров чиновники не постеснялись вписать в разрешение на ввод в эксплуатацию, которое выдавалось уже в конце 2008 года, то есть когда все метры были физически исполнены на местности. В реальности 40 метров сократились до шести.

То же самое с западной торцовой стеной. Торговый центр пристроили к стене дома, не получив согласия собственников. Объект фактически выполнен как пристрой, это видно невооруженным взглядом. Нет, говорят ответчики, это – «примыкание». Торговый центр – отдельно стоящий объект. А стену мы закрыли не целиком, только на 2/3.

Вообще хочется подчеркнуть особо – никому не было стыдно. Когда в суде давали показания государственные служащие, члены экспертной комиссии, давшей благоприятное экологическое заключение по проекту, нас, слушателей, просто оторопь брала от их «пофигистских» ответов – проектной документации в совокупности никто из них не видел, не рассматривал, свои оценки выносили, глядя поверх документов, даже не собирались вместе ни разу. Уже на этой стадии, строго говоря, суд мог бы «стукнуть кулаком по столу».

Система правосудия

Из всех конфликтов, связанных с уплотнительной застройкой, которые рассматривались в судах в последние три-четыре года, только дело «Гриндог» было формально выиграно жителями в суде первой инстанции. Суд признал их правоту. Но что происходит дальше.

В декабре 2008 года фирма-застройщик «Гриндог» была ликвидирована (процедура ликвидации начата еще летом, втайне от истцов), адвокат фирмы-инвестора «ИжИнвестПроект» пишет в кассации – производство по делу прошу прекратить. Основание - нет ответчика. Но ответчиков в деле было восемь. Рядом с адвокатами «Гриндога» неизменно сидели адвокат Администрации г. Ижевска и Управления архитектуры в одном лице, две представительницы Главного санитарного врача и Роспотребнадзора, представители Земельного кадастрового центра и Ростехнадзора на судебные заседания почти не ходили.

В духе той же тактики «концы в воду» новостройка срочно перепродается по цепочке нескольким «покупателям». Хотя в Регпалате лежит письмо истцов с извещением, что строительство объекта до сих пор оспаривается в суде. И вот, наконец, в марте происходит слушание в коллегии по гражданским делам Верховного суда УР. В составе коллегии председательствующий судья Людмила Першаева, докладчик – судья Андрей Москалев. Вряд ли мы когда-нибудь узнаем о том, что творилось «за кулисами», но нервозность вокруг этого дела вылилась наружу уже хотя бы в том, что вопреки обычной практике по этому делу коллегия заседала дважды. И решение суда первой инстанции устояло. Бабушки из числа истцов, не стесняясь, плакали прямо в зале суда. Победа?

Погодите радоваться

Проиграв дело, ответчик - «ИжИнвестПроект» - подал надзорную жалобу в Президиум Верховного суда Удмуртии, где коллегиально под председательством председателя Верховного суда УР Юрия Суханова за 20 минут одним махом были отменены оба выигранных гражданами решения – Первомайского районного суда г. Ижевска и Верховного суда УР. Поданная жителями летом прошлого года надзорная жалоба в Верховный суд РФ вернулась из Москвы с отказом её рассматривать, поскольку «доводы жалобы не подтверждаются материалами дела». Выше Верховного суда России – теперь только Страсбург, Европейский суд по правам человека. Туда материалы по делу были отправлены еще летом. Теперь у граждан больше нет иллюзий по поводу наших российских судов.

Автор: Надежда ГЛАДЫШ